Закон есть Закон, но не стоит забывать и о человечности…

\"\'Закон\" К нам в редакцию поступило письмо от проживающей в г. Единцы Софьи Чирител о произволе в отношении судьбы ее внучки – Валерии Бабуч.
Суть дела состоит в следующем:
Софья Георгиевна Чирител, 1957 года рождения, всю жизнь прожила в городе Единцы. При родах 26 февраля 2008 года умерла ее дочь Ольга. Новорожденная Сабина и старшая дочь Ольги Валерия остались без родительской опеки. Софье Чирител пришлось уйти в бессрочный отпуск для ухода за обеими внучками и их воспитания. Вот что она рассказала нашему журналисту, ища правды и защиты от произвола:

— Валерия – дочь Ольги от первого гражданского брака, в котором она жила с конца 2002 г. Гражданский супруг Ольги, он же отец Валерии, Виктор Бабуч в 2005 году уехал в Чехию на работу, приезжая домой каждые три месяца. Жили они с Олей в селе Ст. Братушаны в доме Олиной бабушки. Однако именно в это время их гражданский брак дал трещину, начались скандалы. Оля стала подозревать своего мужа в супружеской измене. Кстати сказать, он и не особо отпирался, говоря о том, что еще молод и полон сил, и его отношения со знакомыми барышнями – его личное дело, и никто не имеет права его в чем-то упрекать. Ольга поставила мужа перед выбором – или она и ребенок, или его многочисленные знакомые. В 2006 году родители Валерии Ольга и Виктор расстались. Внучку Валерию взяла к себе на время я. Ольга еще проживала в селе Ст. Братушаны, где познакомилась со своим вторым гражданским супругом Александром. Правда, в 2007 году Виктор делал попытки к примирению, однако, безрезультатно. Ольга к тому времени строила отношения с Александром, планировала родить ребенка. Рождение Сабины, младшей дочери, стоило моей Ольге жизни. Таким образом, обе девочки остались у меня на руках. С тех пор, как Ольга разошлась с Виктором, он в воспитании малышки, ее образовании не принимал никакого участия. Молодой отец не искал встреч, общения с девочкой или мной. Я от него не получала никаких денежных средств, одежды, обуви, игрушек или подарков ни одного разу за тот период, сколько девочка находилась у меня, то есть порядка двух с половиной лет.
Поэтому я решила не медлить, и написала заявление об разрешении оформления опекунства над обеими внучками. Собирала документы, готовила их к подаче в органы опеки. Первым человеком, с которым приходилось общаться, к мнению которого прислушиваться, оказалась главный специалист по защите прав детства Единецкого района Дора Николаева. Ее советы, подсказки, требования, как человека авторитетного, знающего, я старалась выполнять беспрекословно и в срок. Несколько удивила меня процедура исследования моих жилищных условий. Так ни разу не побывав на месте, доверчивая, «добрая» чиновница попросту с моих слов внесла данные об условиях проживания девочек.
Для исследования жилищных условий и осуществления контроля за физическим и моральным состоянием девочек неоднократно (4 раза) приходили только представители Единецкой примарии: вице-примар Роделия Василькова и социальный ассистент Татьяна Капацина.

Нам удалось встретиться с работниками примарии Роделией Васильковой и Татьяной Капациной, и узнать от них следующее:
— В доме были созданы все условия для проживания несовершеннолетних детей. У нас во время посещений не было нареканий или рекомендаций. Девочки проживали в чистоте, все необходимое для их развития и здоровья было. Обе девочки не страдали от холода или голода. Мы отмечали также и теплую, приятную обстановку в квартире, что хорошо влияло на их моральное и психическое состояние. На этих наблюдениях и базировался наш вывод о том, что Софья Чирител может быть опекуном обеих девочек. Стоить помнить, что госпожа Чирител помимо всего является не чужим человеком для них, а родной бабушкой, и этот фактор, по нашему мнению, тоже немаловажен.

Собрав два комплекта документов и разложив их по двум папкам (так требовала подать документы главный защитник по защите прав детства и материнства Единецкого района Дора Николаева), Софья Чирител отдала их лично в руки Доре Николаевой. А вскоре, согласно решению Единецкого консилиума от 30 апреля 2008 за номером 14/10-3, за ней было признано право опекунства над обеими внучками – старшей Валерией и младшей Сабиной. Эти, как и многие другие документы, имеются у бабушки на руках.

Однако, узнав о смерти Ольги, 2 марта 2008 года объявился отец Валерии – Виктор, чтобы забрать Валерию. Его мало интересовали душевные травмы ребенка из-за смерти матери, он не участвовал ни в похоронах бывшей супруги, ни в последующих традиционных процедурах. Он даже не спросил, как его дочь восприняла и перенесла потерю матери, не скучает ли по ней, не плачет ли, не ждет ли. А ведь в то время все было так больно и остро, так как после похорон времени прошло всего ничего!
— Он только принес несколько фруктов – 2 апельсина, 2 киви, несколько вафель и конфет и спросил: «Ну что, пойдешь жить ко мне?», на что ребенок ответил отрицательно, — говорит Софья Чирител.
Тогда отец Валерии Виктор Бабуч, понимая, что просто так девочку он не получит, подал документы в суд.
19 мая 2008 г. состоялся суд. К сожалению, бабушка Софья, будучи уверена в том, что суд будет защищать права ребенка в первую очередь, а затем уже права отца, не позаботилась о том, чтобы на слушаниях были представлены показания свидетелей совместной Ольги и Виктора жизни. Она не считала, что после смерти дочери имеет право выносить сор из избы, выставлять на всеобщее обозрение интимные стороны жизни ее покойной дочери.
Суд рассматривал дело за № 2-242108 в открытом заседании, и вынес решение в пользу истца, т.е. Виктора Бабуч.
Тем не менее, Софья Чирител подала документы в Бельцкую апелляционную палату. В Бельцах суд отменил решение Единецкого суда и постановил отказать Бабуч Виктору, оставив ребенка на попечении опекуна Софьи Чирител.
Тогда отец подал документы в Кишинев, и 3 декабря 2008 года состоялся суд. Согласно ст. 419, 445 п.1 b) f ) СРС, суд отменил решение апелляционной палаты г. Бельцы, оставив в силе решение Единецкого суда от 29 мая.
— Я надеялась, что к такому серьезному вопросу, как судьба ребенка, отнесутся с особенным вниманием, но …увы. Нас даже слушать не стали, просто зачитали суть дела и вынесли окончательное решение, которое заключается в том, чтобы оставить в силе приговор Единецкого суда. Никаких сомнений или прений! — в сердцах сетует Софья Георгиевна.
Софье Чирител не осталось другого выхода, кроме как подать заявление в суд на лишение отца Виктора Бабуч родительских прав. Она считает его не серьезным, безответственным человеком, с низким порогом моральных устоев, а также не знает, зачем ему нужен ребенок за рубежом, а именно в Чешской республике, где он работает по контракту уже много лет. У Бабуч Виктора там нет постоянного места жительства, нет возможности отдать девочку в детский сад или школу, кроме всего Чехия – страна, где все говорят на другом, чужом языке, а значит, любое развлечение для Валерии будет безрадостным. Софья же боится, чтобы девочку не использовали в корыстных целях, не заставляли бы попрошайничать, работать, чтобы девочка не стала донором органов для более благополучного ребенка на чужбине.
Пока в суде Единецкого района рассматривался иск о лишении Виктора Бабуч родительских прав, 23 февраля приговор Единецкого суда по изъятию ребенка привели в исполнение. Ребенка забрали. Но прежде бабушку Софью Чирител лишили опекунства над обеими девочками по причине отсутствия ее заявлений. Пришли уже известная читателям главный специалист по защите прав детства и материнства Единецкого района Дора Николаева, Николай Агарич, судебный исполнитель, Виктор Бабуч и два не представившихся гражданина. Ребенок в это время спал после обеда. Несмотря на то, что Софья просила разбудить девочку, объяснить ей смысл происходящего, ее просьба удовлетворена не была. Малышку, одетую только в футболку и колготы, сонную, переложили на куртку отца и вынесли вон из квартиры. Проснулась Валерия только в подъезде, на лестнице, она отчаянно кричала, звала бабушку, просилась к ней, но голосу ребенка никто не внял. Теперь, согласно данным, полученным в Единецком комиссариате полиции, девочка вывезена отцом в Чешскую республику, вот только стоит задуматься с какой целью…

Нашему журналисту удалось найти родственников первой, законной супруги Виктора Бабуч – Елены Шуленковой, матери первенца Виктора – Максима. В настоящий момент сама Елена из-за финансовых проблем и проблем с трудоустройством в РМ вынуждена работать в России. Отвечал на вопросы журналиста отец Елены. Он подтвердил тот факт, что Максим действительно приходится сыном Виктору, и предоставил свидетельство о рождении мальчика. В данный момент внук Максим проживает в семье деда. Развод между Еленой и Виктором был оформлен несколько лет назад. Еще раньше Виктор перестал общаться с сыном и супругой. Не появлялся месяцами, а с момента официального расторжения брака ни разу не заходил. Сыном, его жизнью, интересами, успехами в учебе и т.п. не интересовался. Никаких предложений о контакте с сыном не было. Все, что напоминает об отце — это ежемесячно поступающие алименты, на получении которых в свое время настояла Елена. Несколько раз, правда, звонила из Чехии мать Виктора, обещала, что принесут для внука передачу, но ни разу обещанных передач или посылок не было. Видимо, решили, что для ребенка достаточно и алиментов. На наш вопрос, каким же на самом деле является Виктор отцом, дедушка мальчика ответил, что у ребенка нет отца. И не было никогда.

Услышав столь не лестные отзывы об отцовских качествах Виктора, мы попытались найти еще некоторых свидетелей. Знакомая Ольги Алина, которая знает о семье и ее проблемах не понаслышке, поведала нам следующее:
— Отношения в семье Ольги и Виктора были не простыми. Виктор не был примерным мужем. Он работал первое время до того периода, когда уехал в Чехию, тут, у нас в баре. Несмотря на то, что денег в семье не хватало, он все же не отдавал всех заработанных денег на нужды семьи, припрятывал большую часть. Жили они бедно. Уже после рождения Валерии Ольга много работала, выходила не в свою смену, подрабатывала для того, чтобы хоть как-то прожить. Ей приходилось перешивать старые вещи для себя, дочки. Приходилось экономить на покупке качественных и дорогих продуктов для семьи. В это же время Виктор зачастую отдыхал с компаниями, в которых были не только мужчины. Я ему грозила, что все расскажу Ольге, но он только фыркал. К дочери Валерии он, по-моему, не испытывал особенных отцовских чувств. Когда Ольга ненадолго перепоручала ему заботы о дочери, Виктор тут же от них отказывался. Он чуть ли не через несколько минут звал Ольгу, скидывая девочку ей на руки. Мне часто приходилось бывать у них дома, и я ни разу не позавидовала Ольге – ни как жене Виктора, ни как матери его ребенка. По сей день не могу понять, почему Оля, догадываясь об истинном положении дел, понимая, что Виктор ей не пара, так долго терпела его. Когда я узнала, что ребенка отдали Виктору, без преувеличения скажу — содрогнулась! Ну, какой же он отец! И зачем ему понадобилась Валерия? Он же совсем не проявлял интереса к ней даже тогда, когда жил с Ольгой! Еще при жизни Оли я пришла к ним в гости, и Виктор предложил посмотреть кассету с записью об их жизни в Чехии. То, что я увидела, меня поразило до глубины души. Какой-то то ли дом, то ли сарай. На видео фигурировали люди, мало отличающиеся от бродяг, забулдыг и бомжей. Хочется надеяться, что с тех пор условия быта в Чехии у них изменились, иначе не представляю себе, как живется теперь малышке. У меня, практически чужого человека, сердце болит, не то, что у Софьи Георгиевны! Ведь она очень заботилась о внучке, часто помогала и в воспитании ее, и деньгами! Для Валерии это была настоящая вторая мама. Вы уж разберитесь, помогите вернуть ребенка на родину. Только бы лиха не случилось с малышкой. Она такая маленькая, беззащитная! А то, что отдали ее в руки отцу, что сотворили с ее жизнью – произвол чистой воды!

Тамара, соседка, сказала следующее:
— Ольга была веселой, хорошей, светлой девочкой. Не знаю, что заставляло жить ее с Виктором, ведь он не семейный человек — безответственный и несерьезный! Он любит погулять, компании, тусовки, движения. Представьте, что теперь у него на руках, за границей двое детей, ведь есть еще один младенец в Чехии, которого он прижил с женщиной, находящейся там на заработках. Прижил опять же в гражданском браке. Я не думаю, что у человека, работающего по трудовому соглашению за границей, есть возможность полноценно заниматься детьми. Кто, спрашивается, будет в чужой стране их учить, воспитывать, контролировать выполнение родительских обязанностей? А сколько стоит медицинское обслуживание для иностранцев! Ему полгода придется работать, чтобы выплатить медицинский полис на двоих детей! При его любви к деньгам и безответственности, не думаю, что он станет забивать себе этим голову. С другой стороны, ребенок, недавно потерявший мать, обрел новый дом у бабушки, где жил своей маленькой жизнью с сестричкой, в гармонии и любви. Теперь из-за решения суда, с легкой руки чиновников, его лишили, не спросив, всего – бабушки, сестры, подружек, с которыми играла во дворе, любимых игрушек. Лишили родного города, отчизны! Лишили девочку возможности говорить на родном языке, быть понятой окружающими. Теперь, плачь — не плачь, никто не услышит, а услышит, не поймет. Вот что сотворили! Мне страшно за ее судьбу, очень страшно.

Так что же это за закон такой, который лишает маленького беззащитного человека любви и заботы бабушки, обрекая на прозябание с чужим для него отцом?! Однако, помимо буквы закона есть еще простые человеческие чувства – сострадание, гуманность, доброта. К сожалению, те, от кого зависела судьба девочки, действовали лишь, как говорится, согласно инструкции. Что ж, так безопаснее и спокойнее. Бог им судья. Будем надеяться, что ничего страшного с маленькой Валерией на чужбине не произойдет, что и там она найдет любовь и заботу.

Подготовила Лада Кравчик

На снимках: маленькая Валерия

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X