«Бедность — это как прогрессирующий паралич»

Существует много форм унижения человека человеком. Бедность — одна из них. Не заглядывая в Википедию, где можно найти самые разнообразные, более или менее точно обозначенные оценки этого глобального и сложного состояния, скажем коротко и своими словами: бедность в современных цивилизационных обстоятельствах не поддается радикальному искоренению.

Нигде, ни в одном, даже в самом развитом государстве мира не переведутся люди, которые не будут считать последние деньги, чтобы купить кусок хлеба или не перестанут рыться в мусорных кучах, чтобы отыскать выброшенную кем-то еду или предметы, пригодные для того, чтобы хоть как-то возобновить свой личный жизненный ресурс.

И, тем не менее, борьба с бедностью, превратившаяся для человечества в головную боль и рутину, не перестает оставаться на самых видных позициях в государствах с традиционно развитым политическим и социальным самосознанием правящих элит, так называемой «меритократии», даже если всё это приобретает порой чисто популистский характер, апеллирующий к поддержке народа, которому, как и во времена Древнего Рима, по большому счету ничего и не нужно в сухом остатке, кроме «хлеба и зрелищ».

Чтобы хоть как-то «приземлить» такого рода рассуждения, нет ничего лучше, чем прислушаться к простым людям, голосам представителей «улицы» и «толпы», где среди выкриков, «неотфильтрованного базара» и разного рода стихийно вызревающих междометий всегда можно расслышать и разглядеть симптоматику социальных патологий. А если посчастливится, то встретить и достаточно острый, хотя, возможно, и чрезмерно политизированный взгляд на некоторые происходящие вокруг нас явления. Таким собеседником оказался на этот раз житель Окницкого района 73-летний Сергей Ф., поделившийся своими мнениями и замечаниями, основанными на личном опыте взаимодействия с реалиями повседневного быта. Будучи инвалидом 2-й группы, он всё острее, по его словам, ощущает себя выброшенным за борт, а бедность всё сильнее душит его в своих объятиях.

Показывая на разбитые ботинки, он говорит, что ходит в них уже более 15 лет и нет никаких шансов, чтобы приобрести новые. На вопрос о том, что где-то должно быть общество инвалидов, которое обязано отслеживать ситуацию среди своих членов и помогать им, Сергей говорит, что всё самое лучшее распределяется по гуманитарным магазинам, где даром, естественно, ничего не дают. Пенсия его составляет 1900 леев (довольно много!), но при этом ежемесячно 1000 леев приходится платить зимой за газ, 300 леев за свет, 500 леев уходит на лекарства. При этом баллончик с аэрозолем для снятия приступов астматического удушья стали выдавать бесплатно лишь один раз в три месяца, а не четыре в месяц, как прежде, остальное приходится докупать, так как застарелая болезнь и не думает отступать, превратив жизнь в ежедневное адское мучение. В лечебных учреждениях, как ему представляется, к таким хроникам, как он, относятся поверхностно и формально, что психологически воспринимается как оскорбительная черствость.

В обществе, где много бедных, считает Сергей, сильно развито неравенство среди получателей пенсий. Многие чиновники при этом продолжают занимать свои кресла до глубокой старости, получая одновременно высокие зарплаты и пенсии. Он считает также, что частые задержания чиновников всех рангов за коррупционную активность, о чем регулярно говорят и пишут СМИ, объясняются прежде всего обыкновенной жадностью, уверенностью в безнаказанности, а также иногда тем, что это экономит время в условиях бюрократической волокиты.

На вопрос о том, способны ли разовые подачки и обещания изменить в нужную сторону сознание обычных, рядовых «бенефициаров» в год выборов, собеседник считает, что от такой помощи, даже если она имеет место несколько раз в год или даже регулярно, как в зимнее время, абсолютно ничего не изменится в сознании человека. Тем более, что многие привыкли исповедовать свои принципы или же справляться с трудностями лишь при помощи государства. Кого-то купить сегодня за пакет макарон и бутылку масла практически невозможно, так как общество разделено и предельно политизировано, хотя при этом мало кто кому верит. Макароны будут съедены, масло выпито, но голосовать будут прямо противоположным образом…

Так выглядит сегодня разговор с обычным современным обывателем, проводящим значительную часть своего свободного времени перед «голубым глазом», или, как еще называют в народе телевизор, «зомбоящиком».

В качестве краткого резюме напрашивается мысль о том, что массовая бедность, которую иногда сравнивают с прогрессирующим параличом, всегда была и остается почвой для веры в давно развенчанные иллюзии, касающиеся уравнительных идей.  Они приводят, как правило, к социальным потрясениям, после которых жизнь становится или еще хуже, или же копируются прежние, не самые лучшие механизмы социального выживания.

Что говорить в этом смысле об обычных людях, если в статье доктора экономических наук Валентина Катасонова (см. «Норд-инфо»N 7, 2018) читаем, что современный капитализм имеет все признаки религии, противоположной христианской. Рынка, по словам ученого, давно нет, поскольку он прочно интегрировался в монопольные структуры. Но при чем здесь «христианская» сторона дела, спросит читатель . А при том, что так называемый «библейский проект» построения экономики, отвергающий частную прибыль, был основан на коллективном налоге — «десятине», содержавшей первоначально лишь религиозные общины. Что произошло потом с этой «десятиной» в истории, нетрудно увидеть, заглянув хотя бы в учебники для средних школ. Или, что еще ближе, вспомнить, чем закончился этот тип экономики в лице бывшего СССР. Но это уже, как говорится, другая песня, где рассказывается, как человечество то и дело наступает на одни и те же грабли…

Влад Леонидов, читатель «Норд-инфо»  

 

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X