Кто из нас и как интегрируется в земной жизни…

  Каждый из нас по-своему интегрируется в общество — через семью, детский сад, школу… Пути могут быть самыми разными — прямыми, стандартными, сложными. Иногда с непредсказуемыми последствиями. Важна стартовая позиция и, конечно, огромное множество более или менее случайных обстоятельств, участвующих в определении судьбы.

 

Это прописные истины, но куда более интересен факт «пробуксовки» и, тем более, выпадения из отлаженного механизма, посредством которого функционирует социум. Среди знакомых, родственников и друзей, которыми обзаводимся, обрастаем, принимаем как данность, всегда найдется кто-то, кто мало чего добился в жизни, а, нередко, и вообще «выпал» в осадок, иными словами в категорию маргиналов, ни к чему не приспособленных душ, живущих на краю экстремальной безысходности, в основе которой созданная, как правило, собственными же руками, неистребимая внутренняя пустота и бесконечные тупики личной и бытовой жизни.

Поколения этих существ, страдающих от избытка времени, называемого скукой, проходят, тем не менее, свою дистанцию за фатально укороченный срок, изнашиваясь во много раз интенсивнее, чем те, кто избежал этой беды или хотя бы какого-либо влияния их сообщества, что часто случается, как известно, среди инфантильных подростков и тех молодых людей, кто не приобщился по тем или иным причинам ни к спорту, ни к учебе (дурной пример заразителен!).

В городке на севере Молдовы, где живу, за последние 10-12 лет сменились несколько подобного рода поколений, не вписавшихся в текучку жизни. Преждевременное выгорание и одичание, местечковый уровень кругозора освободили их от обычного цивилизованного способа самоутверждения и добывания жизненных благ. Поддержание физиологического минимума ассоциировалось у этих людей прежде всего с добыванием продуктов, ведущих к провальной утрате здоровья, общей деструкции и распаду личности. Речь идет, как можно догадаться, в первую очередь об алкоголиках и неисправимых любителях подышать табачным угаром. Деградация личности в таких случаях многократно усиливается среди тех, кто не позаботился о своем образовательном цензе — если в голове газетная солома, а в глотке, по меткому замечанию Ницше, «громкий голос», то такой субъект вряд ли породит «танцующую звезду».

Но почему «маргиналы» все-таки более интересны, чем люди благополучные, даже если с ними и говорить особо не о чем? Наверное, потому, что живут они на «лезвии бритвы», ведут добровольную героическую борьбу в экстремальных условиях, при которых легко утратить человеческий образ, опустившись до уровня шелудивого пса, превратившись если не в разновидность «овоща», то просто в унылого «десперадос»-человека, обреченного тупо переживать свою экзистенциальную обреченность.

Их, как мне кажется, можно поделить, на несколько подгрупп. Начнем хотя бы с тех, кто, опять же по тем или иным причинам, банальным образом скатился вниз, взобравшись перед этим довольно высоко по служебной и социальной лестнице. Получив то или иное формальное образование, они оказывались встроенными волею случая или же по партийной принадлежности в административно-хозяйственную верхушку. Лично знаком с одним из таких людей, так как еще на днях он заставил меня «раскошелиться» на пять леев — вряд ли он купил на них хлеб, о чем говорило его опухшее от возлияний лицо.

Люди из этой «подгруппы», если даже они и не спиваются, выйдя на пенсию, в отличие от названного выше персонажа, не знают, как скоротать время небольшой по определению жизни до того момента, как их отнесут на кладбище. Всесильное лицо, наводившее на обывателя одним своим видом страх, оказавшись на «заслуженном отдыхе», очень быстро превращалось или в городского сумасшедшего, разгуливающего в галошах зимой и летом, или же в угрюмого нелюдима, прячущегося за своим высоким забором от людских глаз. Кому не лень, тот мог только гадать, чем оно занималось посреди своего «сакрализованного» неприступного приватного пространства.

Не менее интересен другой психологический тип. Он почти изначально не в состоянии вписаться в структуры общества. Назовем его традиционно «свободный художник». Фигура эта каким-то образом, непонятно, какими тропами, но, скорее всего, по собственному произволу избежала роли «винтика» в громыхающей колеснице «официоза». Некоторые из этой «плеяды» возвращаются ближе к старости откуда-то из-за границы, не заработав там ни пенсии и не отложив ничего на старость (не путать с самозанятым гражданином, тридцать лет торгующим спичками и солью на базаре!).

«Свободный художник», ухитрившийся проскользнуть мимо властных дисциплинирующих структур, состарившись, также оказался сегодня в роли изгоя, вынужденный жить за счет родственников, жены или детей, если таковые есть. Можно ли и это назвать интегрированностью в общество?

Сегодня в Молдове огромное количество свободных рабочих мест. Рынок труда предлагает вакансии почти на любой вкус, с учетом многих из наиболее затребованных профессий. Пожалуйста, интегрируйся! Но делать это почти некому, так как многим подобное занятие на родине кажется слишком уж простым и малоперспективным делом. Молодые люди повторяют печальный опыт старших поколений, усложняя свою будущую жизнь нежеланием работать дома, превращаясь в поденных рабочих, в бродяг или проходимцев в других странах, в других землях.

Есть среди них, конечно, и прямо противоположные примеры, хотя, возможно, во многом, тем не менее, спорные. В этом вопросе лишь время расставит свои акценты. Кто нашел, а кто потерял, мигранты, ставшие эмигрантами, ответят за свой выбор через много лет, вернувшись домой или же навсегда затерявшись среди других народов и другого социального мироустройства. И кто знает, не скажут ли эти люди, что прожили свою единственную жизнь не так и не с теми, как это было возможно в родных стенах?

Вячеслав Нагорный, специально для «Норд-инфо»

 

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X