Как понять, что у ближнего не «едет крыша»?

  В конце первой декады октября отмечался День психического здоровья. Праздником такую дату, естественно, не назовешь. И если где-то о ней, возможно, и вспомнили, то уж точно не в тех районах, где в последние годы были закрыты, в рамках планового сокращения, психиатрические больницы, в которых практиковались «услуги» тем, кто ослаб душой. Теперь вместо этих медучреждений функционируют повсюду «центры» психического здоровья, если верить сообщениям СМИ, близких к Минздраву.

 

— В наши дни обычным вещам дают иногда очень громкие «европейские» названия, — отозвалась на это замечание 52-х летняя знакомая, дипломированный психолог, к сожалению, не работающая по специальности в той стране, откуда приехала домой на несколько дней. — Так и эти «центры».Скорее всего, это какие-нибудь бедно обставленные уголки c мрачноватыми специалистами, куда мало кто спешит заглядывать. Потому что если вы действительно серьезно больны, то по собственной воле вы там не окажетесь.

 

— Но чем является в таком случае, на ваш взгляд, «психическое здоровье», как понять, что человек не страдает каким-либо расстройством? Иногда кажется, что вокруг, особенно перед выборами, некоторые, прежде вполне вменяемые люди, начинают вести себя не совсем адекватно. Градус скрытой или вполне явной агрессивности в обществе при этом повышается, и тогда понимаешь, что «день тишины», который у нас снова вернули, на самом деле был необходим всегда.

 

— Человек существо неоднозначное и непредсказуемое, а с властью мы связываем свое будущее, будущее наших детей. На личностном уровне это, естественно, не какая-то четко оформленная концепция, нам бывает вполне достаточно ожиданий и надежд, чтобы сделать свой выбор. И это лучше, чем инертное и безучастное отношение к общей судьбе. Что касается психического здоровья, то я понимаю это как ощущение благополучия и душевного равновесия, способность зарабатывать на пропитание, это состояние, когда человек справляется с обычными жизненными неурядицами, когда отношения с окружающими продуктивны и плодотворны, когда он осознает свое базовое доверие к миру и желает людям только добра.

 

— Я был знаком с несколькими людьми, которые ушли из жизни по собственному желанию. Среди них были муж и жена. Сначала они потеряли дом, где жили, чтобы выйти из тяжелой финансовой ситуации, потом началось злоупотребление алкоголем. Это была красивая благополучная пара… Но пришло время, и от них все отвернулись. Им нужно было лечиться не в амбулаторных условиях, а в стационаре.

 

— Скорее всего, они не лечились бы и в амбулаторных условиях. Когда хронический негатив становится образом жизни, нужны особые обстоятельства, чтобы помочь таким людям выйти к свету. В этом, как нас хотят уверить, суть «приватизации» психиатрической помощи, ее гуманизация. Заболевший не должен быть в отрыве от общества, но в действительности, оказавшись в нем, он очень быстро становится запущенным и никому не нужным. В нашем городке, как я успела заметить, и сегодня есть такие люди. Мне рассказывали, что один из них зимой, чтобы согреться, раскладывает в квартире посреди пола костер из древесных листьев.

 

— Если он это делает, то ему вряд ли придет в голову покончить жизнь самоубийством. Это в своем роде очень крепкий человек. Возможно, он так понимает свое личное счастье…

 

  P.S.

Мы здесь не собираемся дискутировать вокруг вопроса о том, насколько лучше справляются нынешние «центры» психического здоровья с прежним «госпитализмом», когда больные годами, если не всю оставшуюся жизнь, проводили, а кое-где и сегодня проводят, в стенах «палаты номер шесть». Речь в принципе о другом, а именно о том, как предупредить в нашем стрессогенном быту ментальную регрессию человека, душевный недуг которого имеет прежде всего морально-психологическое или социальное происхождение, вызванное конкретными обстоятельствами личной жизни.

Прежде чем такой человек окажется у психиатра, будет длительный период психологически травмированного существования среди тех, кто не подозревает о том, что у «ближнего» «едет крыша» или что он живет с возрастным альцгеймером в голове. Заметим, что утверждают себя путем суицида в основном не те, кто не осознает до конца своего положения, а люди с относительно здоровой психикой, не справившиеся с аффектом отчаяния, ревности, утраты, безысходного одиночества и многих других временных ажитированных состояний. Здравомыслящие специалисты утверждают, что подобное состояние крайне остро переживают подростки из семей, которые подвергаются атакам так называемой «ювенальной юстиции», там, где она прокладывает пути в будущее, разлучая детей с родителями.

Остается только сказать, что по официальным данным в РМ ежегодно регистрируются около 500 смертей от самоубийства. Большинство случаев происходит в селах, где, как известно, депопуляция более заметна, чем в урбанизированной местности…

Соб. корр. «Норд-инфо»

 

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X