«Люди без масок показывают свое истинное лицо»

  Недавно пожилая женщина-фармацевт горько пожаловалась, что есть посетители, которые ведут себя так, как будто им ничего неизвестно о пандемии: заходят без маски и страшно возмущаются, когда им говорят о том, что вход без нее недопустим. Иногда доходит до того, что на голову аптечного работника начинают сыпаться ругательства и оскорбления.

«Я работаю почти сорок лет, и никогда еще не встречалась с таким отношением к себе как к фармацевту, как к человеку вообще. Люди без масок показывают свое «истинное лицо». Такие отплясывают на шашлыках, потом болеют и заражают других, и при этом считают себя самыми умными», — говорит эта женщина, с утра до вечера занятая своим более чем важным в наши дни делом.

 

Почти все из нас знают и понимают, что в схватке с коварным заболеванием, люди, работающие в медицинской и аптечной сферах, находятся по роду своей деятельности на передних рубежах, в рамках которых шанс стать жертвой вируса намного больше, чем в обычном быту, что всё происходящее не глупая шутка и не тяжелый сон после затяжного похмелья. Но как вести себя с теми людьми, которые уверены, что происходящее не более чем истерическая реакция на разгул СМИ, или даже попытка увязать пандемию с происками неких «игроков», преследующих свои цели по части манипуляции неимоверно разросшимся «поголовьем» населения (об этом высказываются иногда и вполне респектабельные эксперты, единственным минусом которых является то, что все они представители гуманитарных сфер, в которых роль воображения, как известно, может просто не иметь границ).

Вирус, таким образом, стал предметом веры и в то же время формой выражения какого-то оголтелого тупого скепсиса. Кого здесь меньше, кого больше, этого мы, возможно, никогда не узнаем, так как подобная статистика вряд ли когда-нибудь станет актуальной. Есть основания предположить, что от науки мы постепенно переходим в стадию контагиозной магии, процветавшую в свое время у отсталых племен, о чем можно прочитать у Фрезера, Малиновского и некоторых других антропологов, занимавшихся культурой доисторического периода жизни наших далеких предков.

Иными словами ситуация отбрасывает нас назад на столетия или даже тысячелетия назад — к тем временам, когда почти все заболевания относились к сфере духовно-жреческого объяснения причин и следствий, где главным являлось заклинательное отношение к вторжению неведомых грозных сил.

Но в таком случае, кем нам считать в сложившейся ситуации человека, который не верит, что произошло это «вторжение»? «Героем», не желающим идти на поводу у «темных сущностей», или законченным идиотом, не понимающим, что пандемия есть, и она пока даже и близко не думает останавливаться? То, что здравомыслящий человек называет конспирологией, личность с деформированным воображением делает основанием для своих способов объяснения происходящего. И способы эти работают довольно успешно, решая психологические ребусы, активно применяя их в качестве инструментария для объяснения иррациональных сторон жизни.

К чему мы ведем? Каждый человек, чтобы ориентироваться и действовать, должен обладать навыками, которые инспирировали бы в его душе глубоко личное отношение к вещам. Далеко не всем нужны неопровержимые научные факты и доказательная медицина. Люди в массе своей не имеют о них ни малейшего представления. Для этого, по их мнению, достаточно ощущений и самых ближайших бытовых истолкований и ожиданий. Если же все-таки в чьей-то голове появляются идеи, то вместе с ними меняется и сам человек. Идеи требуют ясности, хотя в то же время служат трамплином для сомнений и вопросов, на которые часто не бывает ответов. Если же они есть, то, к сожалению, как видим, не всегда вносят определенность.

Короновирус, несмотря на то, что о нем многое известно, — это пока «эзотерика», это ближе всего к «биокосмическим ритмам», к вселенским вызовам и неведомым замыслам «высших сил», если употребить выражение одного знакомого «специалиста» по «летающим тарелкам». И, наверное, не имеет значения, в какой степени поработали над этим СМИ. Люди, привыкая жить в «новой» реальности, постепенно, с обидой, остервенением или с уже застарелым страхом обживают ее, создавая свой личностный мирок и морок, в пространстве которых происходит механическое усвоение случившегося и, естественно, создается миф, дающий надежду, миф, способный открыть глаза, помочь выстоять в состоянии неопределенности.

Виктор Чесноков, специально для «Норд-инфо»

                        

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X