Кровь ничем не закрасить

Седьмого ноября на центральной площади города Единцы выстроились десятка два легковых машин. Это приехали представители коммунистической партии, чтобы возложить цветы к памятнику Ленину. Глядя на эту процедуру, я вспомнил, что именно 7 ноября вся наша страна раньше отмечала годовщину Великого октября. Колоны демонстрантов проходили мимо трибун, несли портреты первых лиц государства, весело кричали задорное «Ура!». Идти или не идти на демонстрацию — не обсуждалось. Это было обязательное мероприятие. Тому, кто осмелился не прийти, делали на работе замечание, как минимум, и лишали всяческих премий.
Сегодня никто никого не заставляет продолжать эту традицию. Сегодня всё добровольно. А когда добровольно, когда никто не заставляет, никто не пичкает пустыми лозунгами, есть возможность взглянуть на революцию 17 года по-другому. Можно, наконец, без подсказки свыше разобраться и попытаться понять значение этого «праздника». Ведь не секрет, что к этому событию двойственное отношение. Для одних — это борьба за светлое будущее, для других — сознательный чудовищный разгром русской государственности «до основания». Если рассматривать это событие как освобождение народа от царя-деспота, тогда можно это и отпраздновать. Но ведь, глядя правде в глаза, пострадал не только царь со своей семьёй. Пострадали ни в чём неповинные люди. Ведь кроме официальной версии коммунистической партии есть свидетельства очевидцев тех событий. Вот, например, что писал об этой революции писатель Борис Алмазов. «Утром 26 октября 1917 года в городе началось массовое мародерство. Красногвардейцы и матросы волокли посуду, белье, срезали кожаную обивку с диванов на модные тогда куртки-кожанки. Гуляли тогда матросы самозабвенно. Винные пары из разграбленных императорских складов и классовая ненависть порождали ужасные преступления. Матросы с корабля «Император Павел Первый» кувалдами убивали лейтенантов и мичманов, а старшего офицера после избиений «пустили под лед». На улицах города царил хаос. Матросы убивали любого, кто осмелился взглянуть косо в их сторону. Женщин насиловали в ближайших подворотнях. Только в октябре-декабре 1917-го матросы убили и замучили около 300 морских офицеров и еще столько же армейских офицеров и «буржуев». Когда в городе узнали, что Временное правительство низложено и власть захватили большевики, начались демонстрации протеста, восстали юнкера. 26 октября большевики расстреляли несколько студенческих митингов, всех восставших юнкеров и остававшиеся в патрулях казачьи разъезды. С этого началось «триумфальное шествие Советской власти».
Читая эти строки, как-то не верится, что такое кровавое преступление можно назвать праздником. И, тем не менее, по каналам телевидения показали, как во многих городах республики коммунисты отмечали это событие. Спрашивается, что праздновали? Если пролитие крови многих невинных людей, тогда это кощунство. Если осуществление идей великого Ленина, то не обязательно было отмечать это именно в столь трагический день. Да, никто не спорит с тем, что Ленин был талантлив, образован, целеустремлен. Это правда. Но вместе с тем, он был безжалостным, беспринципным, воинствующим атеистом. Его высказывания и поступки не оставляют сомнений: он отторгал все, что составляло красоту и правду русской христианской жизни. Потому он вместе с Троцким считал необходимым главный удар направить на крестьянство — главного хранителя и носителя национального и православного сознания. Для Ленина, как для классического революционера, главной была идея, а страна, народ — только материал и средство ее осуществления. Пусть погибнут миллионы, но мы переделаем мир. И мир переделали. Всех богатых и небогатых, большинство офицеров, интеллигентов либо расстреляли, либо просто выгнали из страны.
С тех пор минуло 92 года. Многое изменилось. Сами россияне стараются не вспоминать о той трагедии. Ведь, как ни называть революцию — освободительной или великой — её нельзя назвать справедливой, потому что в ней погибли сотни тысяч людей. А смерть людей — это всегда горе, слёзы, ненависть.
Сегодня многие утверждают, что Ленин — это часть нашей истории, а к истории надо относиться бережно. Плохой она была или хорошей, но это наша история. Разумеется, к истории надо относиться уважительно, но, прежде всего, к истории надо относиться честно и объективно. Давайте вспомним, что Октябрьская революция в России произошла в октябре 1917 года, а реальным и законным органом власти в Бессарабии в 1917-1918 годах был Сфатул Цэрий (Совет Страны). С 18 года Молдова входила в состав Румынии. И лишь 2 августа 1940 года Молдавия влилась в Советский союз. Такой Закон был принят на 7 сессии Верховного Совета СССР. Вот и получается, что вместе со своим вхождением в СССР мы признали октябрьскую революцию как свою собственную. Понятно, что тогда нельзя было поступить иначе. И мы вместе с союзными республиками праздновали этот день, как самое великое событие. Мы были уверены, что это святой праздник. Но в 1991 году наша республика отошла от России, она стала независимой. А независимость — это не просто красивые слова. Это ещё и знак того, что мы отошли от политики, которую исповедовала советская Россия. Мы отказались от коммунистического правления, мы отказались от строительства социализма, мы отказались от главенствующей роли ЦК партии. Мы заявили, что отныне будем строить свою политику сами. Так как же так получается, что, начиная с 1991 года, мы празднуем свою независимость и вместе с тем продолжаем праздновать те праздники, которые существовали в прошлые времена? Тем более, как можно отмечать тот праздник, к которому мы фактически не имеем отношения? Да мы гордиться должны, что ни один молдаванин-матрос, ни один молдаванин-революционер не принимал участия в Октябрьской революции, не расстреливал студентов, не участвовал в грабежах, не насиловал женщин, не стрелял в интеллигентов. Мы не участвовали в октябрьской революции, а, значит, не причастны к тем страшным смертям. Надо признать, наконец, что революция 17 года — это внутреннее дело самой России. И пусть она сама решает и оценивает ее и ее последствия. И надо заметить, Россия своё слово давно сказала. Сегодня в России прежний праздник переименован. Больше победу Октябрьской революции официально никто не празднует. Не желают россияне праздновать столь трагическую дату в своей истории. Перестали праздновать эту дату все бывшие республики. И только представители коммунистической партии Молдовы с маниакальным упрямством собираются у памятника Ленину, отмечая очередную годовщину той страшной революции.
Как тут не вспомнить весенние события в Кишинёве. Молодые люди забросали Парламент булыжниками, побили сотрудников полиции, разграбили кабинеты депутатов. Большое счастье, что всё на этом закончилось. А если бы молодые люди пошли путём Ленина? Если бы весной 2009 года в Кишинёве объявился свой картавый и безжалостный Ленин? Что было бы с нашей республикой, если бы он повёл революционные массы до победного конца? Как бы действовали победившие молодчики? Да очень просто. Они поступали бы точно так, как поступают победители любых революций. Они ходили бы по улицам города, врывались бы в магазины и банки, убивали бы неугодных, насиловали, грабили, издевались. Хорошо, что этого не случилось. А если бы случилось, что бы сказали мы в ответ? И вообще, хотелось бы нам праздновать такое событие?
Многие скажут: это совсем другая история. Другая история? Ничего подобного! Любой погром и убийство — это погром и убийство. Даже если называть подобный беспредел революцией, кровь убитых ничем не закрасить.
Сегодня тем, кто родился в 1991 году, уже по 18. Они не слышали ничего о революции. Их учили, что жить, решать любые вопросы надо исключительно мирным путём. Тогда зачем их разубеждать в этом? Зачем постоянно твердить, что революция — дело святое. Где тут святость просвечивается? Любая революция — это просто перераспределение собственности. Так говорил Жорж Дантон, великий деятель французской революции. Именно из этого определения надо исходить, оценивая любую революцию и тех, кто к ней призывает.

Николай Винятинский

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X